Зимняя дорога PDF/EPUB ↠ Hardcover


10 thoughts on “Зимняя дорога

  1. Max Nemtsov Max Nemtsov says:

    Продолжение саги об азиатских / сибирских / дальневосточных сепаратистах / автономистах. Ну, среди прочего, но как раз это несколько объединяет харизматичного мерзавца Унгерна и не слишком литературно-обаятельного, но порядочного Пепеляева, который, судя по всему, человеком был крайне достойным.
    А восстание в Якутии (вот именно это в череде прочих) и северный поход Пепеляева — удивительный и не сразу приходящий на память эпизод гражданской войны, в котором для нас нынешних уроков много, но сможем ли мы ими воспользоваться — отдельный вопрос. Понятно, что якутам в свое время вовремя кинули кость национальной автономии, но внутренняя геополитическая логика осталась неразрешенной: Якутия — тоже не Россия, Россия — это то, что с запада до Урала, а после начинаются какие-то совершенно другие страны. Потанин был прав. Не в этом ли смысл загадочной недомолвки Юзефовича о причинах того, зачем он в 90-х начал собирать материалы по этой теме? Читатели понедалече, вроде Прилепина, не понимают (ну или делают вид, что не понимают) последней страницы книги.
    Владивосток, конечно, был «последним русским городом», но это то, что касается городов больших. Довольно забыт тот факт, что до середины 1923 года старая Россия еще оставалась в Аяне и отчасти в Охотске — в тех не весьма приветливых местах на побережье Охотского моря, в общем. Потом же никакой России уже не осталось совсем, недаром даже название с географических карт исчезло. То что оно появилось потом — ложь и наебка. Мы и до сих пор вынуждены с этим мифом пропаганды жить.
    А грустный пафос книги — в том, что история ничему не способна нас научить и вообще на нее, историю эту, лучше забить. Когда в человеке просыпаются и начинают действовать какие-то наджитейские (а то и надчеловеческие) силы (тяга к правде и порядочность, например), — вот тогда-то он и становится «над» историей, уж по крайней мере — в стороне от нее, выходит из ее потока, а то и принимается брести поперек или вопреки ему. Если индивидуальное в нем сильнее, ему что-то удается: одним из результатов может быть попытка строительства какой-нибудь утопии, например (зря автор стыдится этого понятия, по-моему). А если нет — он тонет в хтони, сливается с исторической массой, плывет по течению. Понятно, что против «красного» «белым» было не выстоять, сколько б мы ни утешали себя альтернативными сценариями. Хтонь побеждает числом, умение тут — фактор временный. Примеров тому и другому по обеим книгам Юзефовича разбросано во множестве — такая вот дилогия о роли личности в истории, как ни банально это звучит.


  2. Metodi Markov Metodi Markov says:

    Очаквах с нетърпение издаването на това изследване на български - все пак, дори не всяка година у нас може да се появи книга за Гражданската война в Руската империя, а тази е за част от схватките между бели и червени в Сибир (основно в Якутия), събития тотално неизвестни за широката публика не само в България, но и в днешната Руската федерация.

    Започнах я с голямо желание преди година, но днес се отказвам след 226 страници прочетени. Причината е срамно прозаична - омръзна ми да чета за някакви отвлечени и маловажни обходи, маневри и сражения, та през 1922 година на почти всички им е било вече ясно на къде отиват нещата и само краен идеалист като генерал Пепеляев би продължил обречената си кампания.

    Двамата протагонисти - Пепеляев и Строд са добре описани, от това книгата само печели. Тя е доста подробна, Юзефович е вложил много труд в проучванията си, но някак не можа да ме заинтригува достатъчно, за да я дочета до край. На историци от всякакъв калибър, тази книга би била доста интересна.

    Има вложени и доста снимки, помага да визуализираш част от участниците в тези събития.

    P.S. Споделих в началото на прочита с руски познат, за какво чета. Той първо се учуди, защо се интересувам - за да науча нещо ново, отвърнах аз, той самият нищо не знаеше по въпроса. После попита, кой е авторът - отговорих му и първата му реакция беше, но той е евреин, как си позволява да пише за нашата история? Оставям това без коментар...

    Цитат:

    Тези хора още не са разбрали, в какъв свят им предстои да живеят.


  3. girls_noise girls_noise says:



    Ты - Иван Строд. Латыш из Витебской губернии, папа и мама без претензий. В юности, как обычно, не знаешь чем себя занять и как часто поступают в таких случаях идешь на войну. Пехота, разведка, ранен. Возвращаешься, страна катится к хуям, но ты только рад - любишь анархию. Едешь в Москву - работы нет, потом в Казань - там тоже. Решаешь, что ты анархист. Здесь ловить нечего, тебе нужно в Америку. Гонишь во Владивосток, чтобы под шумок сесть на пароходик. В Иркутске тебя тормозят и ты вступаешь в Красную Армию. Колчака расстреляли, все потихоньку начинают понимать, что советы - это надолго. Гражданская война приходит на Восток, пара стычек с белыми, начинаешь побухивать. Переводят в Якутск, гоняешься за якутами, которые убивают твоего командира. Вдруг слух - молодой белый генерал Пепеляев с остатками добровольцев приплыл из Владика и хочет захватить Якутск. И чет прет ему - захватил пару поселков, уже у Якутска почти. Тебя посылают на перехват белых, встречаешь Пепеляева, попадаешь врасплох, ты в осаде, 1922 год. В большой усадьбе только ты и около ста бойцов. В тебя сразу попадает несколько пуль, но ты жив (а лучше б умер, ей богу). И начинается ебучий ад: минус сорок, строите забор из ледяного навоза, под пулями ползаете на четвереньках среди собственного дерьма, раненные орут от боли, жрете холодное мясо коней, пьете снег с кровью трупов, везде бегают вши. И постоянно орут якуты! Белые предлагают сдаться, но ты смотрел Брат 2 и помнишь, что русские - не сдаются (твою мать, ты же латыш!). Думаешь - все, буду погибать молодым, но вдруг белые уходят, приходят красные, все спасены. Ты герой, держи саблю, интервью в газету Автономная Якутия. Чуть позже заставляют еще погоняться за остатками бандитов, ты их ловишь, все нормально, тебе ставят небольшой памятник. Находишь жену, продолжаешь бухать. С перепоя называешь своего сына Новомир. Вдруг опала, тебя чуть ли не сажают в тюрьму, но за былые заслуги просто журят (по-советски: Строд, отдай партбилет). С нехуй делать пишешь книгу про кишки и какашки на морозе. Книгу котируют и теперь ты Строд-советский писатель. Зарабатываешь много денег и постоянно бухаешь с вояками, пишешь статейки, рассказываешь колхозникам как получил семь ранений и жрал снег вместе с похлебкой из кожаных ремней. И тут в гостях у родственников твой семилетний сынишка говорит: моему папе все ни по чем, он и Сталина может убить. Новомир, блять! Арест ГПУ, ты обещаешь больше не бухать, а написать кучу книг во славу вождя. Тебя отпускают, 1933-й год. И вроде как дали еще один шанс, но книги чет не пишутся, вместо них ты выбираешь рыбалку и опять начинаешь бухать. Через пару лет вспоминают Новомира и всю хуйню и тебя расстреливают.

    Ты - Анатолий Пепеляев. Из лайтовых томских дворян. Хочется писать стихи, но ты не умеешь и идешь в Кадетский корпус. Мировая война, тебя ранят, но ты молодцом и дают восемь орденов. Возвращаешься, женишься на девушке Нине, рожаются детишки. Стране пиздец, нормальные люди уходят в Сибирь: там крестьяне, Омск, Колчак и балы с дамами. Начинаешь гасить красных и у тебя получается, тебя называют замом Колчака, ты доходишь до Перми и вот-вот пойдешь на Москву. Про тебя пишут газеты, ай какой молодец, жена какая красивая (на самом деле нет). Вдруг старое начальство начинает ссориться, седые дебилы все профукивают, отступаешь в Омск и дальше во Владивосток. Колчака расстреливают вместе с твоим старшим братом. Во время поездки у тебя начинается тиф, думаешь что все, край, но жив. Во Владивостоке жена и детишки, все вроде нормально, только красные на подходе, а денег нет. Ты хочешь тихонечко писать стихи, но ты же не умеешь, и генерал Пепеляев сможет отбить Сибирь у красных. Лол, ну давайте попробуем. Собираешь добровольцев, пушки, провиант. Плывете на Аян, чтобы оттуда уже двинуть на Якутск. Приплыли, пошли. Горы снега, очень холодно, якуты шепчутся. Пишешь в дневник что-то вроде а как же там Ниночка, как же мне плохо, тут мужики и минус сорок. Но греет дух свободной Сибири, ты идешь месяц и захватываешь важный поселок красных, все на подъеме, сейчас возьмем Якутск и Ленину пиздец! Какая-то кучка красных в усадьбе засела, надо их выбить. Главный у них какой-то латыш. Постоянно стреляете по ним, но погодите ка, из чего у них там стены сделаны? Что? Замороженный навоз? Ты предлагаешь сдаться, ведь парней жалко, но Строд вспоминает Сухорукова. Эти засевшие красные не дают тебе покоя, пули кончаются, олени дохнут. И якуты что-то постоянно орут! К красным идет подмога, твои ребята все уставшие, что делать? Сил уже нет от переходов, красные еще возвращают тот важный поселок. Не хочется губить оставшихся пацанов, решаешь уходить обратно в Аян. Освободили Сибирь, называется. Возвращаешься в Аян, ждешь хоть парохода какого, но приплывают красные и ты сдаешься. Ты никого не расстреливал, вел себя скромно, я по натуре поэт. Везут в Читу, там суд, десять лет тюрьмы. На зоне работаешь по дереву, вроде все нормально, не обижают. Проходит 13 лет, 1936-й, тебя освобождают и сразу везут на Лубянку, ты думаешь, что кранты. Но нет. С тобой мило беседует какой-то ГПУшник, потом дают тебе косарь и говорят: Анатолий, у вас все таки славное прошлое, вот вам лаве, езжайте, например, в Воронеж и живите. Потом еще катают на машине по Москве, ты тут вообще в первый раз, тут метро есть. В шоке от такого фертеля судьбы, приезжаешь с деньгами в Воронеж, снимаешь квартиру и идешь учиться на преподавателя по истории. Пишешь жене и детям, которые в Китае: ребята, я дома, back in ussr, бабки не проблема - приезжайте ко мне. Но никто не приезжает и вообще все это наебка. Через год тебя расстреливают.

    Жизнь этих людей описал в своей книге Зимняя Дорога Леонид Юзефович и получил премию Большая Книга. Почитайте, очень интересно, какие жили люди, а мы только пароль от вайфая ищем.


  4. Turkish Turkish says:

    Один из самых лучших преподавателей в моей жизни, византист, медиевист и просто чудесный человек, Вадим Вадимович Хапаев, говорил: Всемирная история - это сумма человеческих жизней. Именно этим так прекрасна Зимняя дорога. Трагедия войны, ужаса, разложения России, вопреки изучаемой в школах истории, не оторваны от личности, от не только большого, но маленького, от какого-то переживания, суммы переживаний. Даже документы, которые нам часто хочется сделать довлеющими, которые как бы сжирают и подчиняют себе историческое малое, уничтожают собственно личность, в прекрасной книге Юзефовича сведены лишь до того, чем обязаны являться: посредниками нашего конструирования, нашего переживания прошлого. В его книге жива не история, но человек. Даже больше - люди. Читая другую книгу Юзефовича Самодержец пустыни, я постоянно ощущал, что чего-то не нахожу. Что-то было в Зимней дороге, но не было в рассказе об Унгерне. И второй вроде бы даже должен быть интересней, более захватывающим. Мы с поразительной силой не влюбляемся, но проникаемся огромным любопытством, к харизматикам, полумистическим тиранам, в которых, чтобы не отвратить нас совершенно, есть удивительный шарм некой абсолютной идеи. И тем не менее, в Зимней дороге было что-то, чего в Самодержце нет. Мне кажется, это противопоставление. Даже не противопоставление, едва ли это можно так назвать. Это - встреча судьб. Зимняя дорога показала нам встречу миллионов судьб, на территории пребывающей в агонии России. Но одну встречу Юзефович показал как бы под микроскопом, в особом свете. И благодаря этой встрече не затерлись все остальные, не потерялись в документах, выдуманных пересказах, и нашем эгоцентрическом осмыслении последствий, причин, тенденций. Благодаря удивительной человечности не противостояния, а со-стояния Строда и Пепеляева, Зимняя дорога показала Гражданскую войну не как иссякшее прошлое, а как Жизнь, отраженную в миллионах жизней.


  5. Arseny Vladimirov Arseny Vladimirov says:

    Никогда бы не подумал, что книга про революцию будет настолько сильно передавать настроение баннер саги. В итоге этот эпос переполнен ощущением неизбежности конца и героями, тщетно пытающимися отсрочить свою смерть. Якутский мистицизм только усиливает это ощущение. Блеск.


  6. Денис Гусев Денис Гусев says:

    Отличная книга, редкий угол взгляда на безумную историю в безумное время


  7. Yury Yury says:

    Я не большой любитель военной истории, тем более полудокументальной, поэтому долго откладывал эту книгу, несмотря на рецензии и премии.

    Напрасно. Все жанры хороши, кроме скучного, а это не скучно.

    Впрочем, это не совсем военная история. Это история камерная, почти интимная. Здесь нет армий, фронтов и военных хитростей, центральный эпизод - штурм юрты в 10000 километрах от столиц, а большую часть книги герои идут по 40-градусному морозу.

    Это история двух людей, которые в общем-то по своей воле попали в мясорубку и пытаются выйти из неё в первую очередь честными, во вторую победителями, а живыми - это уж как получится.

    У книги, по честному, три автора. Герои оставили массу писем, стихов и свидетельских показаний, а один даже книги, поэтому они получились живые и достоверные - это именно Строд и Пепеляев, а не альтер эго автора, как это часто бывает в исторической литературе.

    Юзефович же пишет именно так, как я хотел бы писать, если бы писал романы. Предложения точные, изысканные, но без красивостей. Суховатые, как ветки в зимнем якутском лесу - но нет, вот так он не стал бы писать.

    Единственный (для меня) недостаток - это то, что я путался во второстепенных персонажах. Автор дал каждому из них историю, притом тоже не выдуманную, а взятую из архивов, но я все равно путался. Но это говорит больше о моём развивающемся склерозе, чем о книге.


  8. Inna Inna says:

    A story of two very decent people encountering each other in a critical battle over Yakutia during the Civil War. Pepeliaev was a professional soldier who fought in WWI and later for the White Kolchak army, an idealistic populist, who agreed to come back to Yakutia from exile in China in order to assist the Yakuts who rebelled against the abuses of the new Bolshevik government. Strod was an anarchist who joined the Red partizans in Siberia and later became a Red Army officer. Both were known for defending the local civilians against the encroachments of their armies, both were also known for reluctance to mistreat war prisoners. In that sense, they were on the same side against the brutality shown by both the Reds and the Whites during the Civil War. Both also fought for very similar ideas - a notion that people should be able to decide by themselves on their future.
    Both were executed by Stalinist secret services during the 1930s, Pepeliaev after spending many years in prison and being framed as a head of a military organization organizing an uprising in Siberia, Strod framed for wishing the execute Stalin.
    The author challenges the notion that the Civil War was fought by political antagonists and shows how, in many cases, people ended up fighting for one side or another due to circumstances. In fact his point is that to a large extent the war was a war for power in which people like Strod or Pepeliaev were cynically exploited.


  9. Trounin Trounin says:

    Насколько бы человек не старался быть объективным — у него это никогда не получится. Казалось бы, о чём мог рассказать Леонид Юзефович читателю про события времён гражданской войны на территории Якутии? Оказывается, важными для него стали периодически возникающая тема независимости Сибири и желание обелить белого генерала Анатолия Пепеляева. Именно исходя из этого Леонид приводит сохранившиеся свидетельства тех дней. Он по своему трактует доставшиеся ему документальные подтверждения для его суждений. А как известно — один и тот же текст у двух людей получит различную интерпретацию, сообразно их отношению к действительности.

    (c) Trounin


  10. Tatyana Naumova Tatyana Naumova says:

    Пять звезд, пусть эта история о бессмысленности, самоубийстве и смерти.


Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *


Зимняя дорога ❴EPUB❵ ✸ Зимняя дорога Author Leonid Yuzefovich – Thomashillier.co.uk Зимняя дорога Генерал А Н Пепеляев и анархист И Я Строд в Якутии – Документальный роман

Новая книга Леон Зимняя дорога Генерал А Н Пепеляев и анархист И Я Строд в Якутии – Документальный романНовая книга Леонида Юзефовича рассказывает о малоизвестном эпизоде Гражданской войны в России — походе Сибирской добровольческой дружины из Владивостока в Якутию в – годахКнига основана на архивных источниках, которые автор собирал много лет, но написана в форме документального романа Главные герои этого захватывающего повествования — две неординарные исторические фигуры: белый генерал, правдоискатель и поэт Анатолий Пепеляев и красный командир, анархист, будущий писатель Иван Строд В центре книги их трагическое противостояние среди якутских снегов, история их жизни, любви и смерти.

  • Hardcover
  • 432 pages
  • Зимняя дорога
  • Leonid Yuzefovich
  • Russian
  • 15 January 2017
  • 9785170900381

About the Author: Leonid Yuzefovich

A contemporary Russian writerHis novel Князь ветра Prince of the Wind won the National Best seller Literary Prize , RussiaHis novel Журавли и карлики Cranes and Pygmies won the National Literary Prize BIG BOOK , RussiaRussian writer known for the series of crime fiction stories taking place in pre Revolution Russian Empire He also writes non fiction books about history, and.